– Сказал мне только, что это имеет какое-то отношение к "Амфитрите", и на этом точка. Больше ни одного хренова словечка. Всю дорогу досюда молчал, что твой долбаный сфинкс. А теперь я еще час проторчал в здешней парилке-душегубке. Для всего этого должна быть чертовски веская причина.

Лавлок, все еще в розовой рубашке-поло и клетчатых брюках-гольф, выглядит так, будто вот-вот взорвется. За столом, в душной комнате для допросов, Пирс Спитцер, штатный юрист "Паромных перевозок", делает пометки в блокноте. Он молодой и щуплый, с рыжеватыми бровями над голубыми глазами. Его бледная кожа при резком искусственном освещении выглядит почти прозрачной, на тыльной стороне его левой руки видна родинка.

Дверь открывается, пропуская Ренфру.

– Вы не торопились, – возмущается Лавлок. – Что это за...

Он умолкает, завидев входящего Фрэнка, приотставшего на полшага от Ренфру.

– Фрэнк. – Голос звучит потрясенно, участливо. – Я думал, вы все еще в госпитале.

Фрэнк и Ренфру садятся по одну сторону стола. Ренфру жестом приглашает Лавлока занять место напротив, рядом с его адвокатом.

– Я выписался, – говорит Фрэнк.

– Ну что ж, я рад, что вы чувствуете себя хорошо. А теперь, может быть, кто-нибудь все-таки скажет мне, какого черта здесь происходит? Что вообще за дела?

– Фрэнк фактически сбежал из больницы для того, чтобы осмотреть автомобиль, сброшенный с "Амфитриты", – говорит Ренфру. – Сегодня утром "Мэйб" локализовала его положение.

Лавлок нервно облизывает губы.

– Это был фургон, которым пользовалась театральная группа Кейт. Внутри найдено пять мертвых детей.

– Боже мой, – бормочет Лавлок. – Боже мой!

Ренфру достает из кармана листок бумаги и направляет его через стол к Лавлоку. – Это распечатка электронного письма, извлеченного из центрального сервера "Укьюхарт". Письмо было адресовано вам.

– Как вы получили доступ к серверу? – спрашивает Спитцер.

– У нас есть ордер на обыск помещений "Укьюхарт", поэтому служба безопасности нам не препятствовала.

Лавлок качает головой.

– Боже мой. Дети. Не могу в это поверить.

Он берет распечатку, просматривает, кладет обратно на стол и смотрит Ренфру прямо в глаза.

– Я полагаю, вы собираетесь сказать, что это фальшивка, – говорит Ренфру.

– Я никогда в жизни ее не видел.

– Она была послана на ваш электронный адрес.

– Значит, ее прислали по ошибке.

– В каковом случае вы все же ее получили.

– Я сказал вам, что никогда ее раньше не видел.

– Вы не знаете, от кого она и о чем в ней говорится?

– Нет.

– Но вы признаете, что кто-то в "Укьюхарт" отправил это сообщение.

Спитцер открывает рот, чтобы сказать что-то, но Лавлок обрывает его, подняв руку.

– Я ничего не признаю, потому что мне не в чем признаваться. Если вы говорите мне, что это электронное письмо послано из "Укьюхарт", я вам верю. И если вы полагаете, что оно связано с тем, что произошло на борту "Амфитриты", тогда я, конечно, готов сотрудничать с вами в любой требуемой форме.

– Хорошо. Значит, вы не будете возражать, если мы постараемся прояснить это маленькое недоразумение. Не так ли?